02 февраля 2015 г., Живая Вера Медиа

Павел Левушкан широко известен христианской общественности, в первую очередь как главный редактор популярного экуменического портала Baznica.Info, а также участник множества христианских проектов на постсоветском пространстве.

Хотя на самом деле его послужной список намного более обширен: руководитель Экуменического Сообщества св. Франциска, член совета директоров Christian Media Group, экуменический консультант ассоциации церквей Terra Sancta (Израиль), кавалер офицерского креста Королевского ордена св.Станислава Епископа и Мученика (Польша),  капеллан сети центров социальной реабилитации и член Совета Автономной Некоммерческой Организации Социальной Помощи населению “Начало Пути”, член ККО “Совет Общественных Наблюдательных Комиссий” (Краснодар).

Духовное служение Павел начал, как лютеранский проповедник. Затем было сотрудничество с Римско-католической церковью, а в 2014 году снова возвращение в служение Лютеранской церкви и начало пасторского служения в Краснодаре.

Совсем недавно в жизни Павла Левушкана произошло важное событие — рукоположение в сан епископа Южного церковного округа Евангелическо-Лютеранской церкви Аугсбургского Исповедания, которое, учитывая недавнее возвращение в протестантизм, вызвало определенный резонанс в христианских кругах.

Мы дружим и сотрудничаем с Павлом уже много лет, поэтому связались с ним лично, чтобы поздравить с рукоположением и из первых уст услышать ответы, которые прольют свет на все вопросы, касающиеся его жизни и служения.

— Павел, во-первых, хочу поздравить с назначением на должность епископа. Не было опасения брать на себя такую ответственность?

— Сергей, последний десяток лет моей жизни является удивительным путешествием с Господом. Я стараюсь слушать Его голос и следовать туда, куда Он меня направляет. Так было, когда мы создали портал и служение Baznica.Info. Так было при создании Экуменического Сообщества св.Франциска. То же самое касается и служения в лютеранской церкви — если Господь призывает, то кто мы такие, чтобы бояться? Это не было моим решением. Во-первых, как известно человек не может брать на себя ничего, если не будет дано ему свыше. Не мы избираем, но Господь нас. Кроме того, так постановила Консистория, и я со смирением принял этот вызов.

— Ты проживаешь по большей части в Латвии, как удается совмещать это со служением в Краснодарском крае?

— В XXI  веке расстояния становятся своего рода условностью. Благодаря самолетам  я могу регулярно бывать в регионе моего служения, а через интернет поддерживаю постоянную связь во оставшееся время. Кроме того, в Южный церковный округ входит также наше служение в Израиле. Это довольно далеко от Краснодара, не так ли? Ну и в рамках отдела внешних церковных связей ЕЛЦАИ в сферу моей ответственности также входит зарубежное направление  — контакты с братскими церквями и богословский диалог на международном уровне. В этом смысле Рига — прекрасное место с точки зрения логистики. 6 часов до Краснодара, 4 часа до Тель-авива, 3 часа до Брюсселя. В самом эпицентре служения.

— Мы с тобой очень давно знакомы и я могу сказать, что знаю твой духовный путь: из лютеран в католики, затем обратно в лютеранство.  Если первый переход я могу объяснить возвращением к глубинам традиционности, то, как объяснить возвращение? Ты разочаровался в католицизме?

— Нет, не разочаровался, потому что не очаровывался. У меня всегда было определенное видение, которое я получил от Бога еще в ноябре 2004 года, когда создал портал  Baznica.Info, а затем экуменическое служение. Но как выяснилось, мое представление об экуменизме, как равноправном сотрудничестве христиан разных традиций, единстве в многообразии, взаимном делении дарами без необходимости юридического слияния в некую супер-организацию — оно не вполне согласуется с официальной позицией современной Римско-католической церкви. Я очень уважаю братьев римских католиков, но у меня не получилось интегрировать полученное от Бога откровение с современной практикой римской церкви. Несмотря на то, что несколько лет я очень тесно общался и сотрудничал с римско-католической церковью, канонически я оставался в лютеранской, так как не совершал официального акта конверсии, который необходим для перехода.

— Назначение на пост епископа произошло вскоре после вступления в сан пастора. Чем объяснить такое быстрое рукоположение?

— Я работал сначала в отделе интернет-проектов, а затем в отделе внешних церковных отношений ЕЛЦАИ с 2006 года. То есть с момента регистрации этого лютеранского объединения. Поэтому мой непрерывный «церковный стаж» исчисляется отнюдь не месяцами, а годами. В нашей церкви существует понятие соборности. То есть все решения с одном стороны основаны на призвании «снизу», и затем только утверждаются церковными властями. В данном случае было и первое и второе — я был выдвинут на вакантную кафедру и отвержден и избран решением Консистории, согласно Устава Церкви.

— Не случится, что лютеранство снова станет очередным, не конечным этапом в духовном пути?

— Лютеранство вообще по своей сути является этапом в развитии Церкви, а не ее идеальной моделью. Это значит что лютеранство, как отдельная конфессия, никогда не было намерением блаженного Мартина Лютера. По сути дела, его труды — это приглашение к диалогу о будущем Церкви, а не непогрешимые истины, провозглашаемые ex cathedra. Он стремился реформировать, или вернуть к изначальной, но затем утерянной форме, актуальную ему Западную Церковь. Как только это произойдет, в существовании лютеранства как деноминации не будет больше необходимости. Я знаю, что среди лютеран есть сторонники сохранения идей, концепций и даже форм служения, пришедших из XVI-XIX веков. Но Церковь — это живое Тело Христово, которое развивается. Это не музейный экспонат. И я верю, что наступит тот момент, когда христиане смогут вместе приступить к единой Чаше — тогда наступит новый, постлютеранский путь не только моего личного духовного путешествия, но и общехристианского.

— Чем Лютеранская церковь Аугсбургского исповедания отличается от других лютеранских церквей в России?

— Наверное тем, что мы стараемся, сохраняя апостольскую традицию, следовать апостольским принципам соборности, сочетая свободу с подотчетностью. Поэтому в нашей церкви вместе служат Богу общины очень разных традиций. Здесь есть и большое высокоцерковное крыло, развивающее литургическую жизнь. Есть старые братские пиетистские общины (одни из самых старых в России — из числа алтайских немцев). Есть общины с современными формами прославления. Мы выступаем категорически против понимания церкви, как музея для хранения неких древностей. Вместе с блаж. Мартином Лютером, блаж. Филиппом Меланхтоном и другими первыми реформаторами, мы воспринимаем нашу юрисдикцию — реформированной частью западной апостольской Церкви, которая в свою очередь должна рассматриваться только в контексте Вселенской Церкви. Именно поэтому мы в этом году завершаем процесс восстановления канонической апостольской преемственности — все наши епископы либо уже рукоположены, либо будут рукоположены в соответствии с древнехристианской традицией и, через преемственность рукоположений, являются частью Вселенской Церкви.

До революции 1917 года в Российской Империи существовала Евангелическо Лютеранская Церковь, как единая организация, без внутренних разделений. После советского периода, когда началось возрождение лютеранства, оно происходило уже по нескольким направлениям: немецкое лютеранство, финское, российское. На сегодня в России зарегистрировано 5 лютеранских церквей, каждая из которых самостоятельна, а все они имеют перед государством равный статус централизованных религиозных организаций, представляющих различные духовные и теологические традиции современного мирового лютеранства.

В протестантизме, определение «высокоцерковное движение» — это следование библейскому и лютеранскому учению об оправдании верой через Иисуса Христа, которая для всего лютеранства становится «бытием либо небытием» Церкви (standis et cadentis ecclesiae). Также это верность библейскому учению и вероисповедным книгам лютеранства, которые глубоко чтут учение о Таинствах, прежде всего Евхаристии. И далее – верность древнему каноническому устройству Церкви,  пастырскому служению и исповеди, в том числе личной исповеди, а также постоянному углублению личных отношений с Господом. В рамках высокоцерковного движения происходит возрождение литургической жизни, современных форм монашества, переосмысляется в рамках нового реформационного опыта древнее церковное предание.

Артикул XIV Аугсбургского Исповедания «О церковном порядке (о рукоположении)» гласит: «О церковном порядке (образе правления) наши церкви учат, что никто не должен публично учить в церкви или отправлять Таинства, если он не призван к тому установленным и законным образом». Это значит, что священнослужитель должен быть призван «rite vocatus», то есть «согласно» или «в соответствии с ритуалом» А это связано с так называемым «апостольским преемством», или непрерывной цепочкой передачи этого служения с апостольских времен по наше время.

В Артикуле XXVIII того же Аугсбургского Исповедания говорится: «Наши учителя считают, что власть Ключей или власть епископов, согласно Евангелию, является властью заповеди Божьей проповедовать Евангелие, отпускать и оставлять грехи, отправлять Таинства… Эта власть проявляется только в учении или проповеди Евангелия и отправлении Таинств, согласно их призванию — сразу многим или некоторым [отдельно взятым] людям. Ибо этим даруются не телесные [физические, преходящие], но вечные блага, такие, как вечная праведность, Святой Дух и вечная жизнь. Эти вещи не могут прийти иначе, как через служения Слова и Таинств, как говорит Павел в Рим.(1:16): “…Потому что оно (Благовествование Христово) есть сила Божия ко спасению всякому верующему»

В Артикуле XIV  Апологии Аугсбургского Исповедания «О церковном порядке» говорится: «имеем величайшее желание поддерживать церковную форму правления и церковные ранги [древние принципы обустройства Церкви и правление епископов], даже несмотря на то, что они были созданы человеческой властью [при условии, что епископы признают наше учение и принимают наших священников]. Ибо мы знаем, что церковная дисциплина была установлена Отцами Церкви так, как это изложено в древних канонах, с добрыми и благотворными намерениями.»

В истории лютеранства установление, либо восполнение епископских хиротоний через посредство старокатолических епископов не является чем-то новым. Братства высокоцерковных лютеран в Германии и Австрии, Евангелическо-Аугсбургская церковь в Польше после второй мировой войны, а также некоторые северо-американские лютеранские союзы получили епископат от различных старокатолических церковных объединений.    

— Раньше я знал тебя, как человека имеющего, я бы сказал, западный взгляд на Россию, а также на политические и социальные преобразования, которые здесь происходят. Иногда это был негативный взгляд.  Для меня это понятно – ты  житель Латвии. Теперь ты служишь в России, изменилось твое представление о стране?

— Я всегда считал и считаю, что Россия была, есть и будет — великой многонациональной и многоконфессиональной страной свободных людей. Это тот идеал, который не всегда воплощается в жизнь наилучшим образом, но к которому мы призваны стремиться. Призвание священника —  обличать грех, зло и беззаконие. Провозглашать правду и благословлять тех, кто эту правду реализует в обществе. Но любое стремление к правде должно быть продиктовано любовью к Родине и желанием помочь людям. Я и сейчас это делаю, но на том уровне, который мне дает Господь. А именно, стараюсь защищать права верующих от произвола недобросовестных чиновников, помогать людям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации, и защищать права людей в местах лишения свободы.

—  Какие шаги уже сделаны в служении  в сане епископа и что планируется?

Сейчас у нас идет большой процесс богословского осмысления апостольской традиции в контексте лютеранского духовного опыта. Нужно оптимизировать работу семинарии. В этом году мы подписываем соглашения о церковном общении с несколькими высокоцерковными лютеранскими юрисдикциями, что требует и дипломатической и организационной работы. Ну и, разумеется, развитие служения на Юге — на Кубани, в Ростовской области и в Израиле. Так что ближайший год мне предстоит провести в аэропортах и самолетах.

—  Недавно ты стал членом Краснодарского краевого отделения общероссийской общественной организации «Совет Общественных наблюдательных комиссий». Это нормально, когда служитель совмещает служение с общественной работой?

Да, это нормально. Ненормально, если священник идет в политику. Но если эта общественная работа связана с помощью нуждающимся, почему нет? Я не единственный лютеранский священник в региональных отделениях Совете ОНК. Благочинный лютеранских приходов Воронежской области, отец Анатолий Малахов является председателем воронежской областной организации«Совет ОНК» и возглавляет саму Общественную Наблюдательную Комиссию в Воронежской области. Он руководит крупным реабилитационным центром для бывших заключенных и является уважаемым человеком в своем городе. Наша церковь в России вообще известна своей социальной активностью. В Краснодаре под нашей духовной опекой находится сеть центров социальной адаптации Начало Пути, в которых на сегодня находится 95 человек. И мы планируем развивать социальное служение и в других регионах, где представлены общины ЕЛЦАИ.

—  Какие наиболее острые проблемы выявляются?

Главные проблемы — это вопрос условно-досрочного освобождения и социальной адаптации бывшего осужденного в дальнейшем. К сожалению, органы прокуратуры часто отказывают в УДО, даже если человек показал себя с хорошей стороны во время заключения, за него ходатайствуют и руководство исправительного учреждения и общественники. Это снижает мотивацию к исправлению во время отбывания срока. Вторая проблема, о которой не раз говорил и Владимир Владимирович Путин — это создание эффективной системы социальной адаптации и реабилитации для освободившихся. некоторые люди выходят «в космос», у них нет ни дома, ни семьи, ни регистрации, ни перспектив в жизни. И они идут по натоптанной колее «украл-выпил-в тюрьму». Наша задача — разорвать этот порочный круг. В центрах Начало Пути есть люди, которые впервые за много лет на свободе более полугода, они начали чувствовать, что такое нормальная человеческая жизнь, здоровое общение. Система реабилитации основана на терапевтическом сообществе, которое на принципах самоуправления и взаимопомощи формирует устойчивые позитивные социальные навыки. Ну а задача церкви — помочь человеку встретиться с Иисусом, Кто один может по-настоящему преобразить жизнь, исцелить раны, нанесенные грехом, дать настоящую свободу.

Беседовал Сергей Киреев

Поделитесь с друзьями:

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here